Под впечатлением от полярного сияния в прошлую ночь, буквально на следующий же вечер я тешил себя надеждой поймать еще одно, уже за городом, а заодно доехать таки до конца дороги по западному берегу озера Харрисон – до Пембертона, и собрать уже, наконец, воедино отчет об этом замечательном маршруте. Замечательный он потому что чего только на нем не увидишь — это и ископаемые, и город которого нет, и заброшенная церковь, и несколько старых индейских кладбищ. Ну и, само собой, горы, озера, водопады, вот это все. Так что спускайте колеса и поехали!
Нас ждут 160 км по сервисным дорогам, на которые Гуглокарты отводят 4 часа (8 часов на весь маршрут с возвратом по хайвею). Но вы ему не верьте — после сильных дождей несколько лет назад, когда у нас временно вернулось искусственно осушенное озеро, дорога была и вовсе долгое время закрыта из-за смытых мостов. А сейчас она, прямо скажем, не в лучшем состоянии.
В этот раз у меня ушло больше 8 часов только лишь на одну сервисную дорогу. Правда, поскольку я ехал с ночевкой и с множеством остановок, абсолютно никуда не спеша, то, наверное, это и не самый лучший показатель.
Но, в конце концов, вы же едете, чтобы получать удовольствие, а не просто трястись по пыли.
Первые 30 км от Харрисона до озера Чехалис мне очень хорошо знакомы, поскольку это мой, если так можно сказать, дежурный кемпинг. Поехать туда, не знаю куда, имея 15 минут на сборы, в свинячью пору — это, скорее всего, именно про Чехалис.
Заодно здесь, возможно, одни из самых лучших видов на местах старой вырубки и лесных пожаров. Да, кстати, вырубка активная, поэтому в будние дни имейте в виду оживленный трафик лесовозов.
Между 23 и 30 км отметками склоны вдоль дороги усеяны окаменелостями. Аккурат перед отметкой 27 км их можно найти прямо у дороги, вот прямо на этом склоне:
В прошлом году мне окаменелые раковины попадались даже в валунах на спуске на Hale Creek, рядом с которым есть пляж, который так и называется Fosils Beach (то биш, пляж ископаемых). Я тогда еще полуось там порвал, но спасибо Тойоте — довезла до дома.
В основном здесь можно найти следы окаменевших раковин — бухий и амонитов. Но, говорят, также попадаются цилиндрические цефалоподы (белемниты) — родственники кальмаров, а в редких случаях находили даже кости морских рептилий (плезиозавров, мезозавров и им подобных).
Ископаемые на озере Харрисон датируются серединой Юрского периода (164.7 – 161.2 млн лет назад), как раз тем временем, когда на терриотрии Британской Колумбии был мелководный океан – известный как Bridge River Ocean, названный в честь реки Бридж-ривер, которая протекает всего в нескольких километрах от конца нашего маршрута. С подъемом литосферной плиты и формированием Скалистых гор на востоке, около 120 млн. лет назад море оказалось отрезано от мирового океана и со временем исчезло. Именно поэтому мы находим множество морских окаменелостей — от острова Ванкувер и до национальных парков Джаспер и Банф.
В Британской Колумбии вы можете оставлять себе ископаемые, но при этом они продолжают принадлежать провинции, поэтому их нельзя продавать или вывозить без специального разрешения.
Сразу за склоном с окаменелостями — поворот на озеро Чехалис, где мы остановимся на ночь в надежде поймать северное сияние.
Я вот сколько ни был на этом озере, а только лишь недавно узнал что не далее чем 4 декабря 2007 года на его дальнем конце случился оползень — 3 млн м3 породы обрушились в воду с высоты 550 метров, подняв волну 37 метров высотой. Этот пляж тогда накрыло 7-метровым цунами и лишь благодаря тому факту, что это произошло зимой, обошлось без жертв.
Говорят, что подобная угроза оползня сегодня есть у большего озера Харрисон.
Но если не думать что в любой момент вот оттуда может прийти цунами, то на Чехалисе тихо и спокойно, за что я его и люблю.
На ночном небе над горизонтом можно было разглядеть еле заметное полярное сияние.
Еще одно сожаление — это то что спать в Джипе оказалось менее удобно чем в FJ-крузере несмотря на ровный пол. Из-за выпирающей центральной консоли с тем же матрасом получился горб — нужен специальный под конкретную модель, а я возьми да и купи одинарный.
А ребенку такие выезды очень нравятся, особенно если порулить перепадает.
Ладно, едем дальше.
Следующий участок пути, пожалуй самый нудный — дорога разбитая, быстро не поедешь (особенно когда малого «сруля» не снять). Только открывающиеся время от времени виды вносят какое-то разнообразие.
Mount Breakenridge
В одном месте каждые 50 метров попадаются вымоины — конечно не проблема для Джипа, но SUV с низким бампером могут его там оставить, тем более, что не везде есть возможность подъехать к препятствию под углом.
Впрочем, там вроде бы есть объездная дорога.
Когда дорога наконец спускается к воде, попадается пару небольших каменистых пляжей.
А время от времени прямо из окна можно освежиться влажным воздухом от какого-нибудь безымянного водопада.
В общем, больше чем 2 часа заняла дорога от Чехалиса до северного конца озера Харрисон, где на карте отмечен город Типелла, которого… нет.
В 1859 году здесь на восточном берегу реки Лилуэт, рядом с существуюшим поселением индейцев Xa’xtsa был основан город Порт-Даглас. Между прочим, один из первых в Британской Колумбии. Как раз в разгар золотой лихорадки в долине реки Фрейзер он стал вторым по размеру городом в провинци (после Йеля) с населением в несколько тысяч человек.
The Town of Douglas And Harrison Lake, – 1864 – Sketches in British Columbia – London Illustrated News
Но в 1862 году золото нашли в районе Карибу и основную дорогу туда перенесли в долину Фрейзера, и уже к 1865 город опустел.
На этом же (западном) берегу реки в начале XX века основали город Типелла-сити (Tipella). Здесь собирались построить жилые районы, но дальше небольшой коммуны индейцев (Xa’xtsa / Douglas First Nation), которые в основном занимались собирательством трав и ягод на продажу или нанимались на консервные заводы в Стивстоне и Нью-Вестминстере, авантюра с недвижимостью так и не зашла.
Со временем Порт-Даглас превратился в лесозаготовительный лагерь, который достиг пика своей активности в 1950-х, а в 1970 лесозаготовительная компания выравняла всю территорию бульдозерами, избавившись от последних остатков города.
Сегодня ни на месте Порт-Дагласа, ни на месте Типелла-сити не осталось ничего кроме взлетной полосы аэродрома, но обозначение городка Типелла до сих пор значится на картах.
Здесь дорога меняется (буквально, с Harrison Mills FSR на In-SHUCK-ch FSR), причем в лучшую сторону и дальше можно уже без проблем проехать на любой машине.
Впрочем и обратное тоже верно — недоехать можно тоже на любой машине.
Вдоль дороги то и дело попадаются небольшие поселения индейцев. Это вот, например, на 30 домов, принадлежит племени Скатин (Skatin), которое насчитывает 414 представителей (только 65 живут здесь).
Очень приличного вида школа, где учатся 44 ученика со всей округи.
Контакты индейцев Скатин (ранее известных как Скукумчак) с европейцами задокументированы еще в 1850-х годах, когда здесь проложили первую дорогу на золотые приски в Лиллуэте. Очень быстро здесь основали католическую миссию французские миссионеры-облаты (одна из самых многочисленных католических монашеских конгрегаций). Они требовали от индейцев селиться в непосредственной близости от миссии и очень быстро научили их… жить во Христе, так сказать.
В 1895 году миссионеры приступили к строительству церкви — вдохновляясь изображениями европейских храмов, но используя только местные материалы и силы и умения местных жителей, которых никак нельзя было назвать ни мастерами плотниками, ни строителями.
Несмотря на то, что вся древесина была местная, ближайшая лесопилка была только в Порт-Дагласе, а часть возили даже в Харрисон-Миллс — туда, откуда мы начинали это путешествие.
К 1906 году строительство было завершено, а в 1908 году храм Святого Креста (Church of the Holy Cross) был благословлен католическим епископом. С тех пор он принадлежит не церкви, а общине, которая его строила и является одним из самых ярких преставителей стиля «деревянной готики», дожившим до наших дней.
Приоткрытая дверь как бы приглашает зайти внутрь…
Алтарь, будучи искусно впиписанным в углубление, повторяющее формы французкой геральдической лилии (fleur-de-lis), притягивает к себе внимание.
Резной алтарь без позолоты, что довольно типично для католицизма. Вообще открытый пустующий храм, но готовый к службе в любой момент очень напомнил церковь в Collevile-sur-Mer в Нормандии.
По обветшалой лестнице можно подняться на хоральный балкончик.
Витражи восстановлены, судя по всему, недавно — из того что я читал, они были разбиты, сейчас все целы.
Возле входа — две исповедальни.
Кстати в Скатине никогда не было священика-резидента. Несмотря на действительно крутую церковь, службы здесь проводились всего несколько раз в год.
Одной из особенностей этой церкви является то, что она построена фасадом к реке.
Сегодня вид шпилей деревянного костела посреди леса иначе как неожиданной встречей на назовешь — даже когда целенаправленно ехал сюда.
В 1981 году Собору Святого Креста был присвоен статус Национального исторического памятника культуры, но вплоть до 2010-х никаких средств на его восстановление не поступало. Хотя, судя по всему, в последние годы некоторый прогресс в приведении храма в порядок все же имел место.
Множество поколений было крещено, повенчано и отпето в этом храме и он по-прежнему является открытым для церемоний в ближайших общинах.
За церковью — старое индейское кладбище.
Характерной особенностью здешних кладбищ (а я по пути встретил не менее трех) является наличие огромного креста в центре.
Множество могил здесь относятся к рубежу XIX и XX веков.
На некоторых надписи с ошибками.
На самых старых могилах заметно влияние французского монашеского ордена в виде fleur-de-lis.
Я не нашел ни одного старого варианта написания слова «скончался» как «dyied». Ближе всего оказалось старо-шотландское написание «deid». Но я бы скорее делал ставку на общую грамотность.
А еще заметьте, что многие надгробные плиты инкрустированы мраморными шариками.
Сразу три Терезы — это очень распространенное имя среди крещеных индейцев.
Приятно что никому не пришло в голову вандалить кладбище как в Ситке на Аляске.
А больше всего запомнилась эта, относительно новая могила (моего ровесника, кстати) в виде небольшого вырезанного тотема — тем, что годы жизни указаны как «восход: 27 декабря 1983» и «закат: 25 августа 2017».
Буквально в нескольких километрах у дороги — еще одно кладбище, поменьше.
И то же самое — большой крест в центре и могилы вокруг него.
И инкрустация мрамором.
Но одна могила здесь все же выделяется — некая Мэри, скончавшаяся 11 октября 1922 года похоронена за пределами кладбища. При этом у нее большой каменный памятник и персональная ограда. Мне, к сожалению, не удалось найти информацию о том, чем особенна оказалась эта Мэри, но если прийдет ответ из музея Пембертона, куда я послал запрос, то обновлю обязательно.
Как абсолютно на всех индейских кладбищах которые я посещал, здесь царит атмосфера умиротворения.
И как водится, за порядком присматривает пара старых воронов.
Еще на этой дороге есть как минимум 2 горячих источника (это если не считать Харрисон в начале и Clear Creek на другой стороне озера). Одни — Sloquet Hot Springs — я оставлю на другой раз, а вот другие — Tsek Hot Spring – это печальная история.
В 2007 году государство выкупило эти земли из частного владения, в котором они находились 150 лет и передало в рамках соглашения In-SHUK-ch народу Скатин.
А те после пандемии ковида (которой индейцы испугались не меньше чем пенсионеры), просто на них… забили хуй. Сейчас в лучших традициях резерваций место больше походит на вышедшую из-под контроля свалку.
Но водичка течет хорошая. Собирай себе денежку за кемпинг — не хочу.
Тем ироничнее выглядит оставшееся с незапамятных времен объявление на въезде на заброшенный кемсайт: «В лесу и в горах звери не оставляют мусор — только люди. Пожалуйста, ведите себя как звери». Такие вот цивилизованные индейцы.
А до конца маршрута остается совсем чуть-чуть. Дорога идет вдоль реки Лиллуэт и дальше — одноименного озера.
К сожалению, мест где можно было остановиться и удобно подойти к воде — почти нет. Но есть немало красивых мест, где можно перегреться или поломаться с видом.
Хотя скорее первое — Тойоты же не ломаются.
На озере тоже нашлось всего пару-тройку пыльных доступов к воде, но вот на Lizzie Bay Rec Site прямо возникло желание когда-нибудь вернуться с ночевкой. По крайней мере, здесь очень хотелось впитать каждую оставшуюся минуту уходящего дня.
Я даже решил накачать обратно колеса здесь же, хоть до выезда на дорогу оставалось еще 15 км — лишь бы провести больше времени на этом пляже.
Возвращается дорога на 99 хайвей — сразу за Пембертоном, отсюда до Ванкувера — 150км или около 2-х часов по живописному 99-му хайвею, что тоже можно растянуть еще на целый день если заезжать на все водопады по пути.
Давно ходят разговоры о том, чтобы проложить по этому маршруту — из Харрисона в Пембертон — шоссе. Оно должно соединить 7 и 99 хайвеи и неофициально его называют Трассой 5 народов (5 Nations Highway). Предполагается что оно должно увеличить количество туристов. Впрочем, ничего из того что я увидел, не свидетельствует о желании этих самых 5 народов привлечь туристов к своему порогу, а название мне нравится — возьму его в заголовок поста.
5 народов, о которых идет речь: Samahquam, Skatin, Xa’xtsa, Lil’wat и Sts’ailes. Все они составлюят один народ — In-SHUCK-ck (названный по местному наименованию гору Mount Taylor, которая возвышается над озером Joffre Lake и переводится как «разломленный как костыль».
Пока же все планы вилами по воде писаны, дорога 5 народов — отличный внедорожный маршрут на выходные с глубокой историей и большим количеством историй. Советую.
Уведомления о новых советах рассылаются патронам на Патреоне. Кто не хочет становиться патроном, я вас прекрасно понимаю, разовые донаты принимаются на Пэйпал: